Смена фокуса внимания

Когда с человеком случается неудача, какое-то невзгодье, что цепляет его за живое, то человек обычно огорчается, фиксируется на этом случае, застревает, и начинает воспринимать себя и свою жизнь через негативный эффект этого злоключения.

Чем больше он концентрируется на одной этой житейской проблеме, чем больше драматизирует и накручивает себя, тем хуже себя ощущает. И здесь человек забывает, или не видит вовсе, что его ненастье — лишь маленькая часть его проблемного положения в целом.

Человек страдает от одной неудачи, в то время как в масштабном экзистенциальном плане его положение нельзя назвать благополучным, в социально-политическом плане он тоже не свободен и не счастлив, в мистическом, оккультном плане (всей той области, лежащей рядом с научным познанием, и иногда проникающей в официальную науку) — он находится в прискорбных обстоятельствах, и с большой долей вероятности перспектива будет такой же, или худшей.

Кого-то осознание глобального неудовлетворительного положения только добьёт, а кого-то, кто не собирается сдаваться просто так — может побудить к тому, что бы пытаться выбираться из этой трясины. Так или иначе, важно осознать, что одна невзгода — лишь маленькая часть всецелого морока, в который погружён человек. Не первая и не последняя.

Смысла мучиться от одной, двух, трёх горестей нет, потому что в целом положение человека по всем фронтам скверное. И здесь, либо нужно приложить максимум усилий, чтобы его улучшить, либо дальше жалеть себя, ныть и отказываться жить из-за временного злосчастья.

Когда человек начнёт смотреть шире, раздуваемый до этого эффект от его неудачи уменьшится. Человек осознает, что ему в целом нужно себе помогать, и когда он «сядет в лодку и начнёт грести», он заметит, что вместе с улучшением общего плана бытия некоторые прошлые травмы тоже рассеиваются. Например, можно задаться целью вообще перестать страдать, а не целью перестать страдать от одной частности.

Воспринимая своё неудовлетворительное положение в глобальном отношении, человек сможет проще относиться к частным неудачам, так как его внимание не будет цепляться за них, и вязнуть. У него уже будет общая направленность познания и работы над собой, поэтому его будет сложно пошатнуть чем-то преходящим. В идеале, у человека выработается примерно одинаковое отношение ко всем внешним невзгодам, потому что внутри он будет обращён к цели помочь себе в более широком смысле.

И это не только его личная проблема, это и коллективная проблема. Но люди адаптируются к негодным условиям, и убеждают себя, что тюрьма (хоть в психологическом, хоть в социальном, хоть в метафизическом планах) — не так уж и плоха. Или же вовсе не осознают общей картины морока их бытия. Что ещё хуже. Таким образом, окружающие люди становятся частью проблемы, от которой осознанному человеку нужно пытаться избавиться на индивидуальном уровне. Ведь сдаться, похоронить себя заживо — значит позволить всему, что превращает жизнь в кошмар — победить. Мне бы хотелось думать, что подлинная природа человека заключается в том, чтобы всё это превозмочь и обрести гармоничное состояние. Или, как минимум, в том, чтобы бороться до последнего, не дав никому и ничему уничтожить собственный мятежный потенциал.

ArchGenius [2016/2020]